История не терпит сослагательного наклонения

0
9 октября 2012
2051 прослушивание

Требуется обновление Чтобы прослушать подкаст, необходимо обновить либо браузер, либо Flash-плейер.
Встроить
Текстовая версия
В. Кузенкова: Здравствуйте дорогие слушатели портала Подстерю Сегодня у нас необычный на самом деле выпуск «Преодоления», который мы записываем а абсолютно полевых условиях, теперь это стало частым явлением у нас, то есть что —то мы писали по скайпу, сейчас мы записываем просто на диктофон, на телефон сидя на берегу реки Обь в Сибири, вот, я думаю, что это начало уже достаточно должно заинтриговать. Программа действительно будет экспромтом, что для меня не свойственно, но я очень надеюсь что история и гость, который сегодня в программе, вам понравятся, вас впечатлят, и вы до конца дослушаете, то о чем мы будем сегодня говорить. Итак, у нас в гостях Арина, с которой мы познакомились сегодня, если уж быть совсем честными, вот, но свои люди, в общем, друг друга видят, итак Арина добрый день.

Арина: Здравствуйте

В. Кузенкова: Первый вопрос, вот наверное исходя из тех слов, которые там произнесены были уже сегодня за чашечкой чая, скажи пожалуйста, вот какое на твой взгляд первое преодоление, я не скажу главное, потому что наверняка их было множество, первое преодоление значимое для тебя случилось в твоей жизни.

Арина: Ой, тогда это еще нужно сделать ремаркой огромной. Дело в том, что я выросла вдвоем с моей мамой, которая меня очень поздно родила, вот. Мы жили в квартире, которая была 19 квадратных метров на 2 человека, то такая очень малосемейка, вот. Отца насколько я понимаю, убили в 90-е годы, вот, но о нем речь не велась, потому что это была персона нон-грата такая для нас в разговоре, вот, и соответственно было очень сложно, и маме было очень сложно, потому что это было такое время, вот. И плюс мои родственники, которые, некоторые из них, почему-то считали что, ребенок в чем-то может быть виноват, вот, и постоянно, при любой возможности давали понять, что все не совсем там может быть хорошо или как-то наладится, вот. Соответственно, так как в это время, вообще, в принципе, любому ребенку, наверное, очень важно чтобы его родители занимали какой-то социальный статус. Моя мама работала вахтером в школе, причем в школе, в которой я училась, было достаточно тяжеловато. Сейчас уже, будучи человеком взрослым, назовем это так, я понимаю, что это совершенно неважные вещи, я безумно люблю этого человека, и считаю что если жизнь складывается как-то то, наверное так и должно быть. Вот и у меня порушился первый стереотип о том, что человек, не занимающий социальный статус какой-то высокий, не может быть успешным. Она была успешна. Это тот человек, которого знают и вспоминают, вспоминают все дети, которые учились в этом учебном заведении, которую любят и считают ее символом этой школы. Хотя это была частная школа вообще в принципе, вот, но это потрясающая на самом деле вещь.

В. Кузенкова: То есть вахтера считают...

Арина: Вахтера считают, да, и вот когда, я звонила собственно, когда закончила высшее учебное заведение, звонила своему директору, которая меня безумно любила, за что ей отдельная благодарность, говорила, что я закончила университет. Вот она спрашивала как мама, передавай ей большой привет, про нее до сих пор вспоминают, спрашивают выпускники, так 10 лет назад уже закончили обучение, то есть, это невероятная женщина и по силе по своей. Вот, наверное, с которых можно брать пример. Однажды, была очень знаковая ситуация, когда в первом классе на каком-то уроке, я уже не помню каком, одна из девочек сказала на вопрос: кем бы она хотела быть, она сказала: — Я хочу стать тетей Катей. На что учитель посмотрел на нее и сказал: — если таким человеком, как тетя Катя, то можно быть таким человеком. Конечно в этот момент, ну все рушится вообще, все вот социальное устройство, которое навязано обществом и ты понимаешь, ну вот она правда, собственно. А вообще в принципе, жизнь постоянно нас наталкивает на то, что мы должны сопротивляться, сопротивляться и ни в коем случае не поддаваться каким-то обстоятельствам.

В. Кузенкова: Да, я, безусловно, но я думаю что, о такой внутренней стороне вопроса мы еще обязательно поговорим и скорее, наверное, хотелось бы сейчас задать некую канву фактическую о том, как дальше развивались события, как происходило там твое и обучение, и поступление. Вот, я помню просто из твоих слов, что это была вообще отдельная тема, твои возможности поступить в ВУЗ, вот как это происходило и, почему это было, ну сложно, в твоей ситуации насколько там как.

Арина: Тогда такая, опять же. В 9 классе у меня есть горячо любимая тетушка, которая сказала мне что, деточка в ПТУ, вперед, какие тебе 10–11 классы. Но я вредная девочка, я пошла в 10 — 11 и закончила их, конечно абы как, потому что совершенно неинтересно же в школе сидеть и в возрасте, постоянно все уже учителя у нас не очень умные товарищи, вот и кажется, что ты знаешь больше их. Вот мы действительно занимались своими делами, причем периодически ставила учителей в такие положения, при которых сейчас я уже понимаю, я наверно уже убила бы себя. А вот допустим, пример: наш директор, которая думала, что очень здорово вытаскивать на литературные конференции, я была одаренная в том плане ребенком, удивилась когда с докладом, доклад по литературе на Мастера и Маргариту, было вступление... роман Булгакова М.М. Это отдельное антихристианское пособие для начинающих сатанистов, ну собственно, вот так оно и начиналось, вот тут я поняла, что видимо поседеют раньше времени тети, но тем не менее они почему-то в меня верили. И я закончила, потом мне сказали: — давай опять в ПТУ, ну и ладно, 10-11 классов отучилась вот, но мозгов-то у тебя не хватит на ВУЗ. А я поступила на 3 специальности, то есть меня брали в Гос. Университет на филологию, на психологию, причем там был достаточно большой конкурс, и на историю. Я подала документы только в педагогический университет. И я поняла, что я не хочу быть филологом, отчасти потому, что вот эта тетка как раз с филологическим образованием, и был страшный стереотип, не дай бог стать такой же, это же все, это катастрофа, вот. И на истфак, а в психологии как-то никогда не интересно было, потому что я считала, что это псевдонаука и так далее. И позже уже учась в университете, проходя как раз ту же пресловутую психологию, они мне сказали, когда мы проходили всяческие тесты, что у меня 140 баллов по IQ и как бы сильно извиняясь, ну то есть достаточно высокий показатель. Вот и оказалось что, то что говорится вообще в принципе иногда даже совершенно непонятно по какой причине, на чем оно основано, я руководила театром студенческим, в общем ставили постановки, которые проходили критику, вот, и достаточно хорошо у нас там все складывалось.

В. Кузенкова: А на каких сценах были, ну то есть где показывали постановки!

Арина: Мы, вот, на вузе показывали. На вузе и я работала с детьми в школе, у нас в рамках социальной программы, вот шла школа проблемная достаточно. Вот мы с ними занимались в течение года, в детские дома ездили, у нас там отдельная история, вот, там они не очень сильно идут на контакт, живут как бы своим конклавом. А в целом были очень частые показы на всяческих опять же фестивалях, которые проходили у молодежи, ну по силам, потому что все равно историческое образование оказалось, что оно очень жесткое, там по шесть семинаров в неделю, по 10-12 книжек в день.

В. Кузенкова: В общем, я, поскольку тоже гуманитарий, но, в общем, количество книжек мы не считали, мы первый год первые курсы, я прошу прощенья у наших слушателей за такое лирическое отступление, мы считали 1000 знаков, потому что, ну то есть ты понимаешь, что тебе надо вот эту книжку, здесь 300 страниц, здесь 600 страниц, и список такой на страничку там на семестр, сначала мы еще считали первые два семестра, но потом забили на это дело по — другому, ни сказать, что когда ты в среднем считаешь там 350 страниц в день каждый день, на протяжении определенного времени, то я помню что, после сессии наступал момент, когда от книг вообще тошнило, вот, то есть вот буквы, вот все понятно, что это интересно, это умно, но это такой страшный «передоз», вот наверное об этом да?

Арина: Да конечно, собственно еще дело наверное в том, что историческое образование оно такое достаточно разностороннее. И меня, вот допустим сейчас я в магистратуре ТГУ, я бы не сказала, что образование чем-то отличается по уровню, поэтому меня всегда увлекала социально-формальная школа, допустим педагогическое образование-это не образование, ничего подобного, также профессура совершенно шикарная, спрашивает по полной, нет, это самое, наверное, приятное впечатление. За все время это наверное студенческая жизнь, которая была очень насыщенной и очень много возможностей давала действительно, такая вот форма невероятная вот, и мы никогда не знаем, чем в конце концов все обернется. Потому что после университета я бы шла в обычную школу, а поняла что это не то, что не мое, а я не хочу там себя убивать, потому что у нас там допустим, ставка 30 часов, а работать приходится по факту 60 за 4700 в месяц, ставка учителя 4700 для тех, кто не знает, в городе Томске да. Это при том, что там ответственности нежели каких-то у тебя прав, это не для всех конечно совершенно, ну и так неожиданно получилось что я стала журналистом .

В. Кузенкова: Но все-таки про школьное время мне бы хотелось еще немного поговорить, потому что, я так поняла с твоих слов, работа в школе это была не просто практика, и что эта школа была особой, да и детки тоже. Ты видела свои задачи несколько шире, чем просто рассказать о каких-то фактах из истории России и там международной...

Арина: Ну конечно

В. Кузенкова: То есть вот чуть-чуть об этом можно?

Арина: Школа с инклюзивным обучением, то есть, допустим, там есть в классах дети, которые идут по протоколам, то есть дети, которые не могут сдавать ЕГЭ по причине своих умственных способностей, есть дети, которые очень проблемные, они из семей и наркоманов и алкоголиков диких, а вообще дети, это по другому не скажешь. Рядом с ними учишься в плане социальном, как их называют нормальные дети. К тому же есть дети, которые болеют эпилепсией, вот. Если честно в плане преподавания очень страшно, потому что случись что, очень сложно себе вообразить что тебе сейчас придется зажать ребенка, достать ему язык и пристегнуть язык булавкой к одежде, потому что так протокол велит в случае припадка эпилепсии, стоит только закрыть глаза, представить это и начинается мандраж по телу.

В. Кузенкова: Ну, если честно, мне сейчас от одного рассказа... Я сейчас об этом слышу в первый раз и мне так, легко говоря, не по себе стало.

Арина: Да вот наш завуч рассказывала о том, что в первый год работы у нее тоже так получилось, что с эпилепсией ребенок и случился припадок вот, и вот это конечно незабываемо конечно. Там был правовой класс, это 10-11 классы, которые учились на милиционеров, грубо говоря, и дети которые мне рассказывали куда они идут, и вот я наверное свою задачу видела в том, чтобы просто объяснить им, чтобы они понимали время, в котором живут, чтобы они перестали воспринимать историю как что-то черным по белому, чтобы видели, что мы в этом живем, и просто такие же люди, как и мы жили когда-то, в другое время, и что не что-то там сильно отличалось.

В. Кузенкова: Я прошу прощения, я вспомнила еще фразу из той самой «Мастера и Маргариты» Булгакова " люди как люди, только квартирный вопрос их испортил«, как раз к тому, насколько отличаются времена.

Арина: Собственно да, потому что наше образование сейчас находится в такой ситуации, что дает очень сухие знания, которые как бы уже не пригодятся, и не объясняют, как их на практике реализовывать. И вот это то и страшно, школа не учит жизни. У нас как-то состоялся с моим научным руководителем спор об учебе, курсе на втором и он говорит: «Знаешь, было бы лучше, если бы в университетах не было стен», вот только потом до меня дошло что когда человек осознанно желает получить какие то знания, он идет и, минут 40 будет сидеть на лавочке и слушать, вот как вы сегодня приехали собственно.

В. Кузенкова: Нам очень холодно, сейчас у нас есть чай, диктофон, и я напилась чая за неделю столько чая честное пионерское. Но с другой стороны зато такое количество тепла человеческого, которое сегодня здесь, мне очень сложно в другом месте найти.

Арина: Это да, очень приятно, что небезосновательно. Есть какие то форумы и слеты, значение которых ты никогда в жизни не поймешь, потому что его там и нет. Они проводятся достаточно часто и люди которые делают просто не понимают что они делают , а тут все-таки четкая цель, задача и все сделано достаточно качественно, если учесть что это молодой проект, то прям на уровне, но и ваша дирекция это отдельная тема.

В. Кузенкова: Спасибо. Но сейчас я предлагаю вернуться к твоей биографии, к работе в школе. И вот как раз по поводу истории, какие смыслы ты пыталась до ребят донести, что считала на тот момент важным, чтобы школьники осознавали, впитывали...

Арина: Больше всего меня раздражает в этом времени это конформизм, который ему присущ. То есть человек считает, что завтра выборы, я на выборы не пойду, потому что мой голос ничего не решает, и так дружно подумало миллион, два, и действительно они не придут и все решили. Вот и хочется, чтобы в детях воспитывалось то, чтобы они понимали, что от них тоже что- то зависит, они не чувствуют себя социально значимой единицей. То есть это какая то фромовская концепция бегства от свободы. Что мы ничего не будем решать, за нас все решат, мы так хотим, нам так проще. А вот если ты что-то решишь, это значит что на тебе ответственность какая-то, даже там тысячная доля, но вот это тоже твое решение, и вот это желание принимать на себя эту ответственность, хотя бы ее не бояться, вот это очень важно.

В. Кузенкова: Безусловно. Я наверное позволю себе еще одну небольшую вставку, раз уж случилось что мы говорим об истории, мне очень повезло я считаю с учителями, я им безусловно благодарна, у меня есть несколько заметок, одна из уже написанных это история и ВикВике. Так мы называли нашего учителя истории Виктор Викторович. Я занималась у него как у репетитора, то есть в моем классе он, к сожалению, не преподавал, может к счастью, потому что я видела как можно преподавать историю по учебнику, и как Виктор Викторович который учил думать, искать причинно-следственные связи всех событий которые так или иначе происходят, а запоминание дат по сути для него это было формальностью, которые всегда можно было запомнить так или иначе. Но он выстраивал логические цепочки, и это первое, на мой взгляд, очень важное чему он учил, плюс, конечно же рассказывал истории об истории, которые в наших учебниках в 90х годах не было вообще. То есть он вот такой необычный человек, необычной судьбы, я только могу догадываться что его занесло учителем истории в наш провинциальный городок, вот, ну так сложилось что он и в Чечне был, в первую чеченскую кампанию и в общем много, я так понимаю, где был. У меня тогда еще не было доступа к Интернету, по телевизору тоже не рассказывали, не в книжках не почитаешь. Второе, он учил излагать свои мысли. Потому что у нас стояла задача подготовиться к экзамену. Маленький такой учебный момент, но он тоже повлиял на меня как на личность, когда она формировалась. Очень многое зависит от того, как ты сформулируешь ответ, даже если ты знаешь ответ, но нужно избежать дополнительных вопросов с одной стороны и показать свои знания с другой, и здесь такое тонкое искусство, это умение формулировать мысли, вот. Наверное, я закончу свой монолог и вернусь к истории Арина, после преподавания в школе, ты сказала, что не хотелось бы «убиваться», но вот с какими ощущениями, с каким итогом ты от своих учеников уходила из школы?

Арина: Сложно потому что дети то обижаются.

В. Кузенкова: Но это ощущение что их бросают да?

Арина: Конечно, они же дети, их всегда в любом случае бросают, то есть у них по- другому нету. И это норма на самом деле, потому что если у них формируется ощущение какой то обиды, оно как ни странно является мотиватором каким то, потому что даже для меня в какой то степени было важно чтобы меня принимали такой какая я есть, и мне было безумно обидно, что я вроде бы и плохая, но и почему как раз вот та пресловутая тетка меня так ненавидит и почему это собственно все и происходит, доходило до абсурда, она тюкала меня с 7-летнего возраста, но с другой стороны это такую броню жесткую выработало во мне и наплевательское отношение к тому что кто думает, за что я очень признательна и благодарна наверное ей. И ей это жизнь вернула на самом деле, все что она натворила, потому что она так или иначе всегда возвращает, а для отчаявшихся , кого в какие то ситуации загоняют, нет предела вообще, потому что на 4 курсе я взяла и открыла свой бизнес, который сейчас приносит мне деньги.

В. Кузенкова: Что это за бизнес?

Арина: У нас был театр как раз, и так получилось что я говорю, " Ребята, в Томске нет этого, давайте сделаем милых живых статуй" и мы сделали, он маленький, он не приносит каких то миллионных доходов, он очень маленький, но это то, что радует глаз, то есть мы ездим на всякие выступления, при открытиях магазинных, днях рождения, уже есть своя база клиентская, с которыми, мы очень дружим и работаем.

В. Кузенкова: А вы ездите только по Томску или уже есть гастроли?

Арина: Мы вот ездили только по Томску. И выезжали. У нас была вечеринка. Есть такой клуб ресторанный элитный под Кемерово «Анжеросужевский лед» называется, вот там тоже были, а так в основном в Томске да, потому что рекламой я не занимаюсь, у меня просто на это пока нет времени и сил никаких, потому что для меня кандидатская очень важна и учеба в магистратуре тоже.

В. Кузенкова: То есть ты еще помимо собственного бизнеса пишешь кандидатскую?

Арина: Ну, вот да, я вот в магистратуре, пытаюсь защитить сначала магистерскую, потом диссертацию и вот работаю журналистом и наукой занимаюсь, публикуюсь периодически.

В. Кузенкова: Вот сейчас по порядку предлагаю обо всем, А что касается диссертации, мне интересна тема, честно скажу.

Арина: Вообще я закончила университет с темой диплома " Образ пророка Ильи в теологической традиции«, причем формулировка действительно достаточно странная. Потому что если с образом все понятно, то что такое теологическая традиция. Это изучения с 9 века до н. э. ориентировочной литературы, до 15 века н.э., где то 25 веков источников, в которых была рассмотрена концепция этой персоны, его вклад в христианство, что окончательно сформировало у меня мнение, что один человек может изменить вообще все, и совершенно неважно кто он и в какой среде растет, это мотивация которая вырастает внутри совершенно по непонятной причине, но есть борьба либо с самим собой, либо с внешними факторами, которые не устраивают. Мы саммит виноваты в том, что с нами происходит, есть обстоятельства, которые невозможно переплюнуть, но они не такие масштабные, чтобы их нельзя было скорректировать. А сейчас я пытаюсь на примере старообрядцев, как их жизнь изменил образ этого пророка, но и подступно я занимаюсь религиоведением общим., это просто посредством науки поиск себя.

В. Кузенкова: Да. Скажи пожалуйста а журналистика как тебе? Что тебя привело в журналистику?

Арина: Занесло, по- другому просто не сказать, предложили, и я сразу сказала что я пень пнем, начала писать, и девочки из редакции посмотрели, почитали и сказали «ты наверное будешь еще одним бешенным общественным вестником»., чур мое, чур мое, как то так. Интересно, то есть просто интересно, мне нравится, я люблю писать, это моя страсть, причем на бумаге, я очень нехотя подхожу к компьютеру и начинаю перебивать, то есть я бумагомаратель вот.

В. Кузенкова: Знакомая история на самом деле. Я тоже как то писала о том, что я думаю руками, то есть какие то проходные вещи я не могу сразу набить на компьютере, но если речь идет о каких то концептуальных моментах, это касается там разработки какой-нибудь стратегии, концепции, креатива, всегда руками, всегда листочки, всегда бумажки, а потом уже что-то переносится в компьютер.

Арина: У меня вот просто по поводу опять же журналистики, наверное, и всего вообще в принципе. У меня есть замечательный знакомый, который над женщинами активными похихикивает, и называет их 4ые ипостаси Бога, культ богини-матери, сейчас объясню почему. То есть вот если не я то кто, а дайте я что-нибудь сделаю, без меня у вас ничего не получится, вот собственно где-то так. И сейчас просто действительно столько информативного шума пресловутого, что хочется просто прийти и попробовать что-то стоящее начать писать, что-то интересное, что-то , что не освещается. Потому что все уже потихоньку превращается в какой-то фанатизм и просвета не то что не видно, а они есть, но они такие...прям их видно, то есть даже вот в плане информации, есть журналисты, которым хочется подражать и гордиться ими безмерно и бесконечно.

В. Кузенкова: А ты можешь их назвать?

О Арина: й не буду...

В. Кузенкова: Хорошо не буду тебя пытать, тогда с другой стороны задам вопрос, вот ты сказала, есть вещи, о которых интересно писать, хочется писать, что это для тебя? О чем тебе хочется писать?

Арина: Ну допустим меня очень интересуют всяческие форумы, встречи и так далее, когда люди успешные делятся либо своими мыслями, либо просто своим опытом, но тут тоже по разному бывает... Их взгляд на ситуацию, потому что иногда можно просто что-то недосмотреть или смотреть не с той стороны, и так получается что через свое понимание, менталитет смотрят и каких-то сторон явных не видят, а хочется же все знать!

В. Кузенкова: То есть такая страсть любопытства, страсть познания.

Арина: Вообще кошмарная вещь это любопытство мне кажется, меня когда-нибудь заведет куда-нибудь.

В. Кузенкова: Мне кажется, оно заведет куда-нибудь в очень интересное место.

Арина: Я так подозреваю что там еще то Лукоморье. Сегодня как раз звучали слова про первооткрывателей. Это же Лукоморье- не паханое поле для первооткрывателей. Как говорит мне еще один мой друг "главное чтобы ты не купила поводок для своей белой белочки«.Это здорово очень, потому что я понимаю, что жить это интересно и весело и можно по-разному на ситуацию смотреть. И нужно в какие-то моменты, когда, кажется все, можно так это все на позитив сводить, я понимаю, конечно что позитив постоянно выражать тоже невозможно.

В. Кузенкова: А вот еще вопрос такой, ты можешь назвать для каких изданий ты пишешь?Для каких проектов может быть? Просто прозвучал интересный такой проект, тобой проанонсированный, о нем пару слов...

Арина: А это вообще, это Сибфера, информационный портал Сибфера информ, который новый, для Томска достаточно необычный, я надеюсь что он взорвет ракету, прекрасные вообще ребята работают и очень сильная редакция, молодцы, и вот я сейчас езжу, чтобы создать проект «Легенда». Причем задумка была в том, чтобы не просто писать о легендах Сибири как таковой, потому что очень много того, что неизвестно и очень хочется рассказать естественно, но и про легендарных людей, то есть не те, кто зарабатывает миллионы, а те которые реально являются ключевыми фигурами. Опять же вдохновила меня на это моя маменька.

В. Кузенкова: Ну, она безусловно относится к таким фигурам.

Арина: Она да, и причем эта женщина с которой можно разговаривать часами. Меня однажды поразило очень, так как мне повезло с компанией, которая собственно меня и воспитала в интеллектуальном плане, они были старше меня и постоянно подкидывали мне какие то книжки, однажды моя мама подошла, посмотрела что это за книга и ушла, я ничего не поняла, подошла к ней, она говорит " знаешь единственное что мне стало непонятно в Харуки Мураками как именно там все это закончилось«. И тут мой мозг окончательно порвался, моей маме 60 лет, Харуки Мураками то, что даже половина нашей молодежи не читает. Вот есть книга «Страна чудес без тормозов, конец света», которая мозг вообще выносит, потом оказалось что она читала и Кастантеду и Апулея, который в принципе неизвестен половине общественности, это не детективы, не Донцова, а какая то другого рода информация, литература, И соответственно с ней можно было очень долго разговаривать , до ночи.

В. Кузенкова: Здорово!

Арина: Да, но вот что касается установок, как один человек может поменять в жизни все. Вот она видимо установку себе в жизни поставила, что она не может быт счастливым человеком, и сейчас она признается, что видимо так оно и было, что она с этим всю жизнь и прожила., поэтому это повторять никому вообще не надо. Эта программа не призыв к тому, что вы сейчас все дружно станете миллионерами, а к тому, что можно быть счастливым и в своем маленьком мирке. Что мне, кстати очень нравится в американских фильмах, они до такой степени пропаганду устроили себе внутри, чтобы в государстве было все хорошо, они берут и снимают фильм про простого человека, который работает клерком или на заводе, и показывают совершенно счастливую удивительную историю. У человека формируется осознание, что если он пойдет работать на завод у него тоже может быть счастье. А у нас уже потихоньку страна превращается в менеджеров. Одна из шуток интернетовских, начальник курьеров называет топ-топ менеджер, а если спросить у менеджера что такое менеджер, он никогда не объяснит.

В. Кузенкова: Это да, это отдельная дискуссионная тема, потому что менеджер может быть кем угодно, но для начала хорошим человеком и любить свое дело, даже если ты менеджер по клинингу, уборщица, вахтер. Мне довелось работать в разных коллективах, встречала очень талантливых людей на очень разных позициях. Были люди, которые занимали не высокие места, но они сами кайфовали от того что делали. Это ценно, люди разные нужны, таланты то у всех разные. Я сотрудничала с одной бизнес школой, они создали даже программу по управлению талантами, даже вспоминали у Акунина, в одной из его книг, был дворецкий, который умел находить таланты в людях., и вот на одного парня он долго смотрел и никак не мог понять кто же такой. Потом он увидел, как он любуется блеском света на стеклах, и он оказался лучшим мойщиком окон, и у него выстраивались очереди от других дворцов. Надо просто раскрыть свой талант и поверить в себя.

Арина: Да, есть еще такая вещь, которая задевает, человек перестал узнавать себя человеком, то есть позволяет себе им быть, то, что общество навязывает самое ужасное это стыд, хуже этого только страх, поэтому нельзя бояться, что-то делать, сам факт того, что ты делаешь непередаваемо.

В. Кузенкова: Арин, у нас такой интересный получился разговор, экспромтный, но так интереснее. Вот хочется спросить, ты, о чем мечтаешь? Чего хочешь?

Арина: Иногда выспаться.

В. Кузенкова: Понимаю.

Арина: Такая жизнь все равно накладывает на себя отпечаток в виде гастрита, допустим, в 6 часов ты просыпаешься, в 8 уже бежишь куда то, и в 6 вечера ты понимаешь, что пора завтракать. Я наверное хочу самоопределиться, я понимаю что то, чем я сейчас занимаюсь это временный порог, но я не знаю что будет дальше, потому что если знаешь, становится неинтересно. Однажды читала историю про гадалку, которая предложила погадать на всю жизнь, но с условием, что потом ты пойдешь и выбросишься из окна, ну то есть в этом смысл, зачем жить, если ты знаешь, что произойдет, и загадывать наперед ну точно нельзя. Это наверняка самое важное самоопределиться, понять, что внутри тебя происходит. Это для каждого совершенно разные вещи. Для кого-то, это спокойствие, мир, семья, поэтому нельзя слушать, что навязывает общество ни в коем случае.

В. Кузенкова: Вот еще хотела спросить...такие традиционные вопросы, которые я всегда задаю в завершение программы, о том какой завет, рецепт ты бы дала нашим слушателям, которые находятся в некой сложной ситуации, но так или иначе они слушают программу «Преодоление», и одно это наверное говорит , что они хотят вырваться. Как им это сделать?

Арина: Ох, тут все очень сложно вообще, потому что у меня было время когда я думала что хуже вообще быть не может. Самое главное, что наверное каждый человек «эмоциональный наркоман», я с такой ностальгией вспоминаю когда мне было очень плохо и иногда хочется вспоминать какие то моменты и есть одна притча, когда человек попросил чтобы ничего не чувствовать, потом лишился на год чувств и это самое кошмарное что с ним происходило. И вот захотите, чтобы все было совсем хорошо и спокойно. Представьте, что ничего в вашей жизни лет 10 не происходит, это самое страшное что может быть. Ни грустить, ни радоваться, ни плакать, а иногда так хочется же ведь. Надо уметь извлекать пользу из всего что происходит с вами, по- другому просто жить бесполезно.

В. Кузенкова: Мне даже нечего добавить. Если честно мне сейчас просто хочется выдержать паузу, потому что, вопрос достаточно стандартный, и меня до сих пор поражает что гости, которые бывают в программе, они на него отвечают очень по разному, и вот сегодняшняя твоя трактовка очень здорово отличается от того что звучало и есть над чем подумать.

Арина: Да и еще вещь, до которой я дошла, спешу поделиться, если представить что человек это вселенная, то наше здоровье это наше солнце, вокруг которого все должно вертеться. Поэтому когда вы считаете, что из-за работы, любовных дел можно себя убивать это неправда, потому что то, что при нас всегда есть, это наше здоровье и физическое и моральное, и никто о вас не побеспокоится, тем более наша медицина.

В. Кузенкова: Если есть еще что добавить к беседе, то это можно смело сделать.

Арина: Да, наверное, еще то, что люди пытаются найти отдушину в чем-то. Вот это для меня вообще целина не поднятая. Сегодня вечер анекдотов и вот опять: " В России пить бросают тогда, когда во многих странах еще не начинали". И вот когда молодые люди находят отдушину в алкоголе, есть куча разных интересных вещей, мы с моей компанией сидим играем в карты, ходим в бильярд, обходимся соком, чаем, и это намного интереснее, чем то, что тебя разрушает. И то, что написано в Палланике , то что только через разрушение ты понимаешь себя это неправда, в таком случае вам нужно в тот мир, где всех казнили, потому что там тоже считали , что через страдания человек очищается, может это и так, но это другие страдание чуть-чуть.

В. Кузенкова: Все-таки жизнь прекрасная штука, и вот растрачивать ее... но каждый выбирает свою дорожку, но хочется делиться тем, что ты для себя открыл, то богатство в тех самых страданиях. Я просто пожелаю нашим слушателям, то что сегодня нам рассказала Арина, те рекомендации, советы, просто интересные мысли, чтобы они оказались услышанными. Будет очень здорово, и я надеюсь, что у нас станет больше передач, пусть они будут страдать где то по качеству записи, но это будут истории живых людей, самых разных уголков страны, а может быть даже и мира. Когда ты видишь, насколько жизнь многообразна, много историй самых невероятных. У нас, уже если посмотреть по записям, такое количество историй, что Голливуд отдыхает. То есть любой сценарист просто курит в сторонке, по сравнению с тем, что реальная жизнь преподносит, и очень хочется чтобы это многообразие позволяло делать выбор, самому решать как, что и куда... Огромное вам спасибо, огромное спасибо Арине, за то, что она согласилась на эту программу.

Арина: Да, всегда пожалуйста.

В. Кузенкова: Я надеюсь , что этот выпуск вам понравится, и в таком формате он будет не последним. До встречи на Подстер, с вами была Вероника Кузенкова.

Ширина

Прямая речь автора подкаста, Вероники Кузенковой: «Этот выпуск родился совершенно чудесным образом. Он записан в Сибири, на берегу Оби, где я была в конце сентября. Там на мероприятии познакомилась с Ариной Часовских (г. Томск), нашей сегодняшней гостьей. Так получилось, что сначала я дала Арине интервью :), а потом, отогреваясь за чашкой чая, мы обнаружили, что у нас множество общих тем для разговора. А еще несколько историй показали мне, что Арина — очень достойный гость для подкаста „Преодоление“. Чтобы не откладывать в долгий ящик, в этот же день мы и записали выпуск, который вы сейчас услышите.»

В нашем подкасте:

— Непростое детство, где вахтер в школе — это очень достойный человек.
— О «добрых» тетях и дядях, которые убеждают пойти в ПТУ, и о том, как поступить на три престижных факультета, несмотря на прессинг.
— Про шаблоны, стереотипы, тесты IQ и эмоциональной наркомании.
— Каково это быть учителем в провинциальной школе. Чему по-настоящему стоит учить?
— Как совместить научную работу, журналистику, собственный бизнес и добрые дела.
— О ритме жизни, при котором в 6 утра встаешь и только в 6 вечера добегаешь до завтрака.
— Почему нельзя концентрироваться на том, что тебя разрушает.

Выпуски

Комментарии